Почему эти итальянцы режут друг друга апельсинами?
Проблема путешествий
Каждую зиму Ивреа превращается в жестокий трехдневный фестиваль, во время которого жители забрасывают друг друга 900 тоннами апельсинов. (Да, апельсины.)
Метатели оранжевого цвета разделены на девять команд, каждая из которых имеет свой флаг, логотип, капитана и форму. Кредит...
Поддерживается
Джон Муаллем
Фотографии и видео Андреа Фраззетта
Чтобы узнать больше об аудиожурналистике и повествовании, загрузите New York Times Audio, новое приложение для iOS, доступное для подписчиков новостей.
Было похоже, что приближается война. Это было. В одно воскресенье прошлого месяца в северном итальянском городе Ивреа фасады исторических зданий были покрыты пластиковой пленкой и сетками. Окна витрины были укреплены фанерой и брезентом. А на нескольких разных площадях появились сотни деревянных ящиков, стены которых составляли восемь футов высотой и еще больше в поперечнике. Ящики выглядели как баррикады, но на самом деле были складами оружия. Внутри них были апельсины. Апельсины, фрукты.
В течение следующих трех дней 8000 человек в Иврее бросали друг в друга 900 тонн апельсинов, по одному апельсину за раз, в то время как десятки тысяч других людей наблюдали. Они швыряли апельсины очень сильно и злобно, часто выкрикивая ненормативную лексику в сторону своих целей или воя, как Храброе Сердце, и бросали апельсины часами, пока их брови не покрывались мякотью, а рубашки не промокли насквозь. Но они также продолжали улыбаться, бросая апельсины, обнимаясь, шутя и подбадривая друг друга, демонстрируя всем своим существом кажущееся безумным, но эйфорическое чувство заброшенности и принадлежности — свободы, которой легко позавидовать, но трудно понять.
«Битва апельсинов» — ежегодная традиция в Иврее и часть более крупного праздника, который его организаторы называют «самым древним историческим карнавалом в Италии». Три года назад все началось, как всегда, с нескольких первых часов швыряний и разбрызгивания, но затем остальная часть битвы была внезапно отменена. Ковид появился в регионе, и после экстренного совещания правительственных чиновников в тот же день было принято решение закрыть фестиваль. Несколько человек в Иврее рассказали мне, что по прошествии еще двух лет пандемии, в течение которых нельзя было бросать апельсины, они начали беспокоиться, что в сообществе произойдет что-то плохое - что без этого катарсиса определенная сдерживаемая зловещая энергия взорвется. Но этого не произошло. Они сделали это. И теперь аромат накопленных цитрусовых смешивался с мускусом многовековой кладки. Арансьери, или метатели апельсинов, стояли рядом.
Арансьери Ивреи разделены на девять команд, каждая из которых имеет свой флаг, логотип, капитана и форму. У них есть такие имена, как Дьяволы, Наемники, Черные Пантеры, Смерть. К 14:00 арансьери столпились плечом к плечу на отведенных им площадях, ожидая битвы с 47 бригадами других метателей апельсинов, которые мародерствовали по городу на конных повозках. Накануне многие тусовались до 2 или 3 часов ночи, и многие пили и в то утро; город был наводнен одноразовыми чашками глинтвейна и «Бомбардино», пьянящей, яично-могольной смеси, поданной теплой. Преимущественно это были мужчины, особенно молодые мужчины, хотя было немало и женщин. Были и пожилые люди, которые участвовали в Апельсиновой битве с тех пор, как были в возрасте этих молодых людей. Некоторые возили этих молодых людей на их первые сражения в колясках 20 с лишним лет назад. (Одна женщина с гордостью показала мне фотографию.) В районе, известном как Боргетто, команда под названием «Тучини» начищала биоразлагаемые миски макарон на своей маленькой площади, ожидая в своих зеленых футболках с пышными рукавами и шнуровкой спереди. Над их головами висело знамя: «В самом сердце битвы мы никогда не одиноки».
Вот что произошло следующий: Атмосфера в Боргетто сжалась как кулак. Из-за угла приблизилась первая карета, мчавшаяся по мощеному мосту, соединяющему этот район с остальной частью города; был слышен тихий грохот его колес по камню, безумно звенели бубенцы на уздечках лошадей. Как только карета появилась, одновременно началась стрельба и крики. Большая часть толпы бросилась к его флангам. Внутри кареты около полудюжины людей, одетых как средневековые солдаты, их головы и лица были скрыты жуткими кожаными шлемами, украшенными тесьмами, уже безжалостно стреляли обеими руками по апельсинам, их толстые предплечья качались, как поршни, их пустые кулаки перезаряжались из корыт. на талии, в то время как противоположные кулаки разряжались. Они швыряли апельсины в своего рода балетном потоке, жестокие механизмы их туловищ вращались эффективно, но жестко. Они бросали прямо вниз, наказывая людей, находившихся всего на два фута ниже, а те, в свою очередь, безжалостно бросали их вверх. Апельсины разлетелись по воздуху во всех направлениях, как опилки, как искры.